Цугцванг Путина: для эскалации вокруг Крыма и Азовского моря есть много катализаторов — Neue Zürcher Zeitung

https://img.nzz.ch/S=W560/O=75/https://nzz-img.s3.amazonaws.com/2019/4/10/e098e1bb-6f4d-48c9-93f1-697939c1e916.jpegБудь то оккупация Крыма или гибридная война в Донбассе — ожесточенный конфликт между Россией (страна-агрессор — согласно Закону Украины от 20.02.18) и Украиной далек от решения. С прицелом на будущие операции Москва и вовсе открыла для себя новое пространство для конфронтации: международные воды Крыма и Азовского моря.

Об этом пишет на страницах швейцарского издания Neue Zürcher Zeitung Андреас Умланд, научный сотрудник киевского Института евроатлантической интеграции и внештатный сотрудник Центра европейской безопасности в Праге.

Конфликт, произошедший 25 ноября 2018 года в Керченском проливе, указывает на то, что «очаг российско-украинского военного конфликта может постепенно переместиться с Донбасса к Азовскому морю», полагает эксперт.

В тему — Своим наступлением против Украины в Азовском море Москва открыла третий фронт — Le Monde

Если на море еще произойдут подобные инциденты, то это может привести к закрытию портов Азовского моря для судоходства, отмечает Виталий Кравчук, научный сотрудник киевского Института экономических исследований и политических консультаций.

Подобное развитие событий будет иметь серьезные экономические последствия не только для Мариуполя и Бердянска.

«Украина располагает лишь ограниченной, местами разрушенной альтернативной транспортной инфраструктурой и не в состоянии просто перевести текущую торговлю, осуществляемую через Мариуполь и Бердянск, на другие маршруты. Эскалация в Азовском море еще больше подорвет и без того пошатнувшуюся социальную стабильность в юго-восточном регионе Украины и, вероятно, приведет к снижению экономического роста страны», — подчеркивает Умланд.

Развитию напряженности на побережье Крыма и юго-восточной Украины могут способствовать несколько одновременно действующих катализаторов, считает эксперт.

«Главным фактором, благоприятствующим возможной эскалации у Азовского моря, является запоздалая и ограниченная реакция Запада на конфронтацию в Керченском проливе, — указывает Умланд. — Запад по сей день следует «крымскому» (а не «донбасскому») режиму реагирования на растущую напряженность между Москвой и Киевом на юго-востоке Украины». На арест украинских моряков в прошлом году ЕС отреагировал нерешительно. Вместо этого Запад направил Москве множество вербальных и символических сигналов. «Такие, по сей день в основном нематериальные реакции Запада могут воодушевить Кремль на то, чтобы сместить российскую военную и прочую антиукраинскую деятельность с Донбасса к Азовскому морю», — считает автор статьи.

Вторым дестабилизирующим фактором в Азовском море и в Крыму является отсутствие международных организаций в регионе. «На юго-востоке Украины Кремль откровенно блокирует даже минимальное присутствие невооруженных наблюдателей из ОБСЕ и других организаций, не говоря уже о вооруженной миссии ООН. Отсутствие любых важных международных организаций в Азовском море и в Крыму делает российские действия в этом регионе менее опасными и тем самым более вероятными», — говорится в публикации.

«Третьим фактором, который потенциально может смотивировать Кремль к дальнейшим авантюрным действиям между Азовским и Черным морями, может стать техническая неисправность или экономическая неэффективность нового моста над Керченским проливом. (…) Этот престижный объект имеет важное политико-символическое значение для легитимации режима Путина перед населением России. Если мост — по той или иной причине — не принесет желаемого эффекта, социально-экономического подъема Крыма и его включения в экономику России, Кремль может начать искать отговорки для своей неудачи», — полагает Умланд. Тогда в качестве объяснения частичной или полной дисфункции моста Кремль может использовать эскалацию. «Возможное закрытие или вовсе обрушение моста нанесет тяжелый удар по сформированному после аннексии Крыма общественному образу путинского режима и сделает более вероятными отвлекающие маневры со стороны Кремля — включая военные», — говорится в статье.

В тему — Российская блокада Азовского моря может распространиться на все побережье Украины, включая Одессу — Atlantic Council

Другой инфраструктурной проблемой является для Кремля затруднительная ситуация с обеспечением Крыма пресной водой. В 2014 году Киев перекрыл подачу воды в Крым через Северо-Крымский канал. Сокращающиеся с тех пор запасы воды вкупе с нехваткой электроэнергии на полуострове — «виртуальная бомба замедленного действия с потенциально масштабными экономическими и социальными последствиями для жителей Крыма». Для решения этой проблемы Москва с 2014 года сделала мало, указывает Умланд.

загрузка...

Если в ближайшее время проблема не будет решена, «жители Крыма будут все больше ощущать на себе последствия недостаточного водообеспечения в экономике и в конечном итоге и в повседневной жизни. Рост социальной напряженности на полуострове может дать еще один импульс сценариям эскалации. Москва, например, может попытаться взять под свой контроль закрытый на данный момент канал между Крымом и Днепром. В результате такой крупной военной операции регулярные российские войска окажутся глубоко внутри Украины, что может привести к началу новой, теперь официальной войны с участием регулярной армии (…)», — пишет эксперт.

Если Украина и западные партнеры не смогут найти альтернативные транспортные пути для торговли, предоставить надежные гарантии стабильности и работающие механизмы безопасности, «украинскому государству следует начать готовиться к постепенному упадку Мариуполя и Бердянска и сопутствующим этому тяжелым социальным, экономическим и политическим последствиям для всей Украины», — заключает Умланд.


загрузка...
загрузка...