В России резко растет производство дрожжей, а все остальное падает


В дискуссиях о том, что происходит с российской экономикой, растёт она, или падает, сторонникам тех, кто отстаивает официальную точку зрения (всё не так плохо, кризиса нет, настало время для «повестки развития» и т.д.), приходится непросто. Так как даже официальная статистика по практически всем основным индикаторам показывает падение, надо же что-то противопоставлять этому.

Об этом сегодня сегодня с издевкой пишет на страницах «Эха Москвы» российский экономист Игорь Николаев.

По его словам, аргументы в этом случае выдвигаются простые: «зато здесь рост», «а там-то новую производственную линию запустили» и т.п. Безусловно, аргументация слабенькой получается, так как понятно же, что если отдельные примеры не сказываются на общей картине происходящего, не определяют тенденции, то они — эти частные случаи — так и остаются отдельными примерами.

Вот, к примеру, в сентябре 2015 года рост сельскохозяйственного производства по сравнению с сентябрём 2014 года составил 4%, продолжает Николаев. Так-то оно так (хотя, честно говоря, достоверность статистики по сельскому хозяйству нуждается в проверке). Итак, «село» растёт, но доля сельского хозяйства в ВВП страны сегодня составляет всего лишь около 4%. И этот показатель уменьшился по сравнению с началом 2000-х годов (в 2002 году он равнялся 5%).

Теперь, предлагает экономист, оцените этот сентябрьский рост сельскохозяйственного производства с тем, что в том же месяце розничная торговля упала на 10,4% по сравнению с сентябрём 2014 года (худший месячный показатель 2015 года). Доля торговли сегодня в экономике России — немногим менее 18%, т.е. почти в 4,5(!) раза больше, чем доля сельского хозяйства.

Или, пишет Николаев, вот аргумент: а у нас растёт производство пищевых продуктов — на 1,9% за январь-сентябрь 2015 года по сравнению с январём-сентябрём 2014 года (при таком-то обвальном падении импорта продовольствия — чему уж тут удивляться).
«Да, растёт. А ещё среди обрабатывающих производств за тот же период рост показали производство кокса и нефтепродуктов (на 0,9%) и химическое производство (на 6,5%). Зато другие одиннадцать обрабатывающих отраслей (всего — 14) показали за январь-сентябрь 2015 года спад: производство машин и оборудования — на 13,4%, производство транспортных средств — на 15,6% и т.д. Ещё раз: 3 отрасли обработки — в плюсе, а 11 — в минусе. Как говорится, общая картина ясна», — отмечает российский экономист.

Но мы вновь и вновь слышим «точечные» аргументы, добавил он.

«Слушайте, давайте я сам дам подсказку тем, кто решил так приукрашивать реальность, у кого остаётся только подобная аргументация.К примеру (относится к пищевой промышленности): в сентябре 2015 года, по данным Росстата, производство «дрожжей (активных и неактивных), прочих микроорганизмов одноклеточных мёртвых, порошков пекарных готовых» выросло аж на 40,3%(!) по сравнению с сентябрём 2014 года. Радуемся? — То-то и оно…», — поерничал в конце своего поста Николаев.

Я же хочу обратить внимание на один важный нюанс в этой информации от российского экономиста, на который, возможно, он сам не обратил внимания.

Дело в том, что столь резкий рост производства дрожжей в России мог произойти лишь по одной причине — резко обедневшие в последнее время россияне массово переходят на потребление самогона (вместо водки, вина и прочих алкогольных напитков). Поскольку дрожжи нужны именно для производства самогона.

Также хочу сказать в связи с этим, что качество самогона намного хуже по сравнению с той же фабричной водкой, так как в самогоне содержатся очень вредные для здоровья человека химические вещества. Поэтому алкоголизм среди россиян после массового их перехода вместо водки и вина на самогон резко усилится. И смертность тоже.

Напомню в данном аспекте, что, как написало в прошлом месяце издание Los Angeles Times, Россия сейчас стремительными темпами вымирает от алкоголизма. «Для России, в которой злоупотребление алкоголем приводит к преждевременной смерти около полумиллиона человек ежегодно, задача предотвращения распространения алкогольной зависимости выходит на первый план. По мнению ряда экспертов, количество больных алкоголизмом в России составляет около 5 миллионов человек (3,5% от всего населения)», — передало издание информацию от Роспотребнадзора.

При этом никакого просвета для российской экономики в будущем даже не просматривается. О чем весьма убедительно недавно показал в своей статье другой известный российский экономист Сергей Алексашенко. По его словам, за время правления Путина экономика России стала настолько хрупкой и неустойчивой, что даже повышение цен на нефть не поможет выбраться стране из глубочайшего кризиса. Как считает Алексашенко, экономика России сейчас отброшена на 7 лет назад, а дальше будет только хуже.

Поэтому совсем неудивительным представляется оглашенный в августе главой Института демографии, миграции и регионального развития Юрием Крупновым в интервью изданию The Times крайне мрачный прогноз, что население России сократится почти вдвое за одно поколение — из-за тотального алкоголизма и суицидов в стране, в то время, как уровень рождаемости падает. По его прогнозу, численность населения РФ может упасть с 143,5 млн до 80 млн к 2050 году.

Впрочем, повторюсь, почти наверняка к тому времени такого государства на карте мира уже не останется. За что большое спасибо Путину…