четверг, 30 июня 2016 г.

Хотят ли русские войны? Да и всегда! - Neue Zuercher Zeitung



75-летие германского нападения еще раз предоставил России возможность широко отметить жертвенный путь Великой отечественной войны. При этом СССР 1941 года был чем угодно, но только не мирной державой.


«Хотят ли русские войны?» Этой строкой из песни советского поэта Евгения Евтушенко левая фракция германского Бундестага привлекала сторонников проведения мирных мероприятий, посвященных 75-летию нападения на Советский Союз. Плакаты с этой цитатой можно было увидеть повсюду на улицах Берлина. Кажется, это риторический вопрос для многих немцев, да и немецких политиков, ответить на который необходимо однозначным «нет».

Ни аннексия Крыма, ни нападение на Восточную Украину, ни военные учения на границе европейских соседних государств с участием до 100 тысяч военных или размещение ракет среднего радиуса действия, способных нести ядерные заряды, в российском эксклаве Калининграде в центральной области Европы или применение кассетных бомб в Сирии не могут вызвать сомнения в мирных намерениях русских. Гораздо охотнее, как например, немецкий министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер , рассказывают о «бряцании оружием» и «военных завываниях» НАТО, которое в Польше отрабатывает защиту от неназванного агрессора, или о немецких преступниках.

Лицемерие вдвойне

В 1961 году, когда появилась песня Евтушенко, ее еще можно было понять как выражение усталости от войны. Но если вспомнить 22 июня 1941 года, то ее припев, используемый в нынешней рекламной политической кампании сторонников мира, производит впечатление лицемерия вдвойне. Потому что Советский Союз, на который напала нацистская Германия, был чем угодно, но только не мирным государством. После пакта Гитлер-Сталин от 23 августа 1939 года СССР оккупировал и аннексировал территории Польши, Финляндии. Румынии, а также Эстонии, Латвии и Литвы; сотни тысяч граждан этих стран были убиты или депортированы.

Как и сегодня, мирная риторика сопровождала в то время каждое нападение: нужно было защитить украинских и белорусских «братьев» от польских и румынских националистов. прибалтийские государства якобы попросили СССР о добровольном вступлении в него, а империалистическая Финляндия, в которой в то время насчитывалось примерно 3,6 миллионов жителей, даже намеревалась напасть на великолепно вооруженный Советский Союз.

Эту отвратительную начальную фазу Второй мировой войны советская пропаганда позднее попыталась замолчать различными способами, чтобы в исторической памяти мира осталась только лишь Великая отечественная война. В соответствующих восточноевропейских государствах и тех, которые были республиками Советского Союза, это намерение осуществилось не полностью, тем не менее как Россия, так и Германия продолжают жить с этим мифом, как будто никогда не было преступного альянса между Гитлером и Сталиным.

В вопросе Евтушенко «хотят ли русские войны» невольно проскальзывает намек на мораль советских граждан первого года войны, который автор определенно не хотел делать. Решительное сопротивление Гитлеру существовало только в пропаганде, ни Красная Армия, ни население не хотели воевать. В течение 1941 года в немецкий плен попало 3,8 миллиона красноармейцев. среди них 63 генерала, многие из них сдались добровольно. 1,5 миллиона солдат дезертировали.

Много людей ненавидели советскую власть не только в недавно оккупированных областях, но и в самой стране. Картина Германии, которую рисовала советская пропаганда после пакта Гитлер-Сталин, была напротив очень выигрышна, восхвалялось социальное строительство в нацистском государстве и его сопротивление империалистическим англосаксам. Быстрое продвижение войск вермахта связано не только с неожиданностью нападения, как это подавалось советской пропагандой. Красная Армия, в отличие от утверждений Сталина, не была слабее вермахта технически, она была деморализована и ослаблена им самим, его чистками. Значительные части населения видели в наступающих немцах скорее освободителей от коммунизма. чем оккупантов.

Не немецко-российское дело


Антисемитизм тоже был очень распространен в СССР, с этим у многих советских граждан проблем не было. Гораздо труднее для многих было решение солидаризироваться против режима вместе с агрессором или на стороне режима бороться с агрессором. Прошли месяцы, прежде чем ужасы оккупационных властей и нечеловеческое обращение с военнопленными окончательно изменили настроение населения.

То, что германо-советская война была стилизована под Великую отечественную и объявлена германо-российским мероприятием, которое выводило за скобки другие восточноевропейские страны и изображало Советский Союз невинной жертвой, является особенно гнусной ложью. Во многих кругах Германии ее культивируют из страха быть причастным к нацистским преступлениям, как будто признание советских преступлений могло стать отпущением грехов немецких преступников. А Россия тем самым опять объясняет свои мнимые страхи быть окруженной и оправдывает свою агрессию против соседей.

Николай Клименюк родился в 1970 году в Севастополе, был редактором русской версии Forbes, работал в московском журнале Большой город, а также в независимом журнале Online-Magazin Publicpost. ru, который выступал с критикой правительства; издание было закрыто в июне 2013 года в результате политического давления и удалено из сети. С 2014 года живет в Берлине и работает свободным автором.

Neue Zuercher Zeitung (Швейцария)

Напомню, как сообщило в начале текущего месяца немецкое издание Die Welt,  Россия сейчас стала главным врагом Германии. Правительство ФРГ впервые с 2006 года внесло соотвествующие изменения в так называемую «Белую книгу» — основополагающий документ документ о национальной безопасности страны. 

При этом координатор Международной антипутинской коалиции «Стоп фашизм в России» Герман Обухов описал в прошлом году пять характерных признаков фашизма, которые все присутствуют в сегодняшней путинской России.

А в марте этого года один известный российский журналист заявил, что в России сейчас Путиным создана наихудшая форма фашизма.